Неохотно, поскольку он надеялся сохранить целебные чары для себя, Киеркан Руфо подошел чтобы присоединиться к нему.
Однако прежде чем Руфо начал работать с рукой, Даника открыла глаза. – Этого не нужно, – спокойно сказала она остролицему клерику, ее глазах и на ее лице читалось удовлетворение. Эльберет и Кеддерли начали возражать, но тут Кеддерли взглянул на повязку ближе и обнаружил, что кровотечение из раны прекратилось. Он не был уверен, его ли чары или собственные силы Даники остановили кровь, да его в сущности это и не волновало.
– Мы должны продолжить путь, – сказала Даника, ее голос был сонным, – как раньше, Эльберет спереди а я сбоку.
Эльберет возразил. – Я пойду впереди, – согласился он, – но ты останешься с остальными и с лошадьми. Мы не так далеко от Даоин Дан. Если там лагерь моего народа, я не думаю что мы встретим еще врагов между нами и ими.
Кеддерли удивился, когда Даника не возразила. Он понял, что ее рана серьезнее и болезненнее, чем она давала понять.
Они отправились в сумрак, когда лес, укрытый глубокой мглой, казался Кеддерли еще более зловещим. Его волнение усилилось, когда Эльберет исчез из виду, неожиданно скользнув между деревьев. Вскоре, впрочем, эльф вернулся на дорогу, вместе с двумя другими тонкими и печальными эльфами. Он представил их как своих кузенов и радостно сообщил, что его народ действительно расположился лагерем на Холме Звезд, всего лишь в миле к северу отсюда.
Один из эльфов остался с ними на привале; другой отправился в дозор.
Их сопровождающие рассказывали Эльберету о сражениях; Кеддерли увидел, как скривился принц эльфов, когда другой эльф рассказал ему о последней схватке, в которой появился маг, обративший деревья в пламя.
– Ралмарит мертв, – мрачно сказал эльф, – и Шейли…
Эльберет развернулся и схватил его за плечи.
– Она жива, – немедленно уточнил эльф, – но она тяжело ранена, и тяжелее всего болит ее сердце. Она была последней с Ралмаритом, и ей пришлось оставить его.
Эльберет не был удивлен. – Она верный друг, – торжественно подтвердил он.
Эльберет немедленно отправился проведать Шейли, когда они вошли на Даоин Дан, хотя ему вскоре – и неоднократно – передали, что его отец, король, хочет поговорить с ним.
Кеддерли был удивлен тому, как принц эльфов легко отбрасывал приказы и действовал по своему. Это напомнило юноше то, как он сам увиливал по любому поводу от вызова к Наставнику Авери. Кеддерли быстро отбросил эту мысль, все еще чувствуя себя неловко от любого сравнения с высокомерным и беспощадным Эльберетом.
Они нашли раненную девушку на койке в маленькой пещере, приспособленной для раненных. Она была туго забинтована в нескольких местах, но казалась Кеддерли совсем не так плоха – пока он не взглянул в ее глаза. Там таилась печаль, которой, казалось, никогда не будет конца.
– Мы оставили Ралмарита, – прошептала девушка, ее голос прервался, когда Эльберет подошел к ней. – Они убили его, надругались над его телом…
– Шшшш. – Эльберет попытался успокоить ее. – Ралмарит отправился к богам. Не бойся за него.
Шейли кивнула но все же отвернулась.
Они сидели молча несколько минут. Еще один эльф вошел и немедленно попытался осмотреть раненную руку Даники. Упрямая монашка вежливо отказалась, но Кеддерли толкнул ее локтем и напомнил ей, что пора бы сменить одежду. Со вздохом поражения, Даника ушла с эльфом.
– Когда ты вернешься в строй? – Эльберет спросил Шейли наконец. Оба поглядели на служителя.
– Завтра! – мрачно, но твердо ответила девушка. Служитель лишь пожал плечами и беспомощно кивнул.
– Это хорошо, – сказал Эльберет. – Хорошо отдохни этой ночью. Завтра мы будем драться вместе, и вместе отомстим за Ралмарита! – Он шагнул к выходу.
– Ты уходишь? – в тревоге спросила Шейли.
– Мы видели гоблинов на юге, – объяснил Эльберет. – Они собираются окружить холм, я полагаю. Мы не можем допустить этого. – Он взглянул на Данику. – Она останется с тобой, – сказал он Шейли. – Отличный воин и союзник в нашей борьбе.
– Вы пойдете на гоблинов этой ночью? – спросил Кеддерли позади Эльберета. – Днем это вышло бы лучше, – пояснил он, когда Эльберет обернулся. – Гоблины плохо дерутся под ярким солнцем.
– Здесь Шильмиста, – Эльберет напомнил ему, как будто это слово объясняло все. Принц эльфов стоял, высокий и стройный, с каменным лицом, его серебряные глаза были пронзительны и суровы. – Гоблины будут умирать днем и ночью.
– Я пойду с вами, – предложил Кеддерли.
– Я не возьму тебя с собой, – ответил Эльберет, вновь поворачиваясь к Шейли. – Ты не эльф и не можешь видеть в темноте. – Затем он спросил у девушки, – Где Тинтагель?
– С твоим отцом, – ответила Шейли. – Мы призывали к Даоин Тигье Фейр, но Галладель отверг это.
Эльберет обдумывал эти новости несколько мгновений, но у него не было времени на волнения. Он быстро вышел из пещеры, сказав по дороге Кеддерли и Руфо хорошенько отдохнуть и наесться.
Десять минут спустя, пятьдесят эльфов вышли охотиться на гоблинов, и вел их Эльберет верхом на Теммерисе, и волшебник Тинтагель был рядом с ним. Они вернулись после полуночи, сообщив, что сотня гоблинов убита и во много раз больше бежало. Ни один эльф не был ранен.
* * *
Кеддерли был слишком взволнован чтобы спать, хотя ему и хотелось. Он много читал об эльфах многие годы но встречал лишь немногих – и то только в Библиотеке. Находиться в Шильмисте, на холме звезд, окруженным эльфами, все это превосходило опыт от чтения книг. Здесь был особый дух, сверхъестественная аура, которую слова, даже самые искусные, не могли передать.
Он бродил по лагерю, встречаемый улыбками на прежде печальных лицах на каждом шагу, замечал, даже в полной темноте, яркие цвета эльфийских волос и глаз. В бурлящем лагере все слишком заняты чтобы их беспокоить, решил он, так что он не представлялся им, лишь махал им своей широкополой шляпой и проходил мимо.
Он знал с того мгновения как покинул Библиотеку Наставников что это путешествие изменит его жизнь, и он боялся этого. Он боялся этого и сейчас, ведь мир по прежнему казался таким огромным – более опасным и более чудесным в то же время.
Что же до Эльберета? Кеддерли не нравился эльф и отношение эльфа к нему, но инстинкты говорили ему иное, говорили о чести и верности принца.
Когда его мысли неизбежно вернулись к Данике, он уселся на камень на северной стороне холма и подпер руками подбородок. Даника, казалось, не имела претензий к Эльберету; эльф устраивал ее полностью, как друг и спутник. Это беспокоило Кеддерли больше, чем он признавал это.
Кеддерли сидел еще долго, даже после того как эльфийский отряд вернулся. В конце концов, он ничего не решил.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
